?

Log in

Previous Entry | Next Entry

Связь 1 - Б

Мы продолжаем наш эксперимент в рамках ЭвоУрбанизма и рады представить Вам второй эпизод серии комплексных Образов (Связь 1 - А), объединяющих в себе литературное, музыкальное и художественное творчество, направленных на изучение информационной природы Ноосферы.





Ответ Ноосферы.


Если чего-то очень бояться – оно обязательно случается. Поэтому я стараюсь ничего не бояться. Кажется, не удалось избавиться только от одного страха – быть ограбленным в каком-нибудь незнакомом городе, в чужой стране, не зная языка. Правда, я редко бываю за границей, так что страх этот не сильно меня беспокоил. Хотя сны о нищих окраинах Дели или Алжира все же иногда навещали. После нескольких таких кошмаров подряд я выучил английский. Для страховки.

Но, как говорится, чему быть – того не миновать. В последний день гонконгской командировки я заблудился. Всего-то вышел из отеля пройтись по улице, посмотреть на местный колорит. Шел-шел, никуда не сворачивал, развернулся, пошел обратно и понял, что совершенно не узнаю улицы. Вообще не представляю, куда идти. На всякий случай я еще развернулся – ну, мало ли, пропустил свой отель. И в третий раз это оказалась незнакомая улица. Я остановился, растерянно оглядываясь по сторонам, пытаясь найти хоть какой-то ориентир. Хоть что-то, похожее на увиденное десятью минутами раньше. Бесполезно. На этой улице я был впервые в жизни, абсолютно точно.

Ну что ж! Сделаю так, как поступал каждый день на протяжении недели – подзывал такси, показывал водителю визитную карточку отеля и оказывался у самого входа. Даже если мне придется проехать всего двести метров. Тем более и стоянка такси проглядывала, правда, на противоположно стороне улицы. Какая теперь разница?!
Я перебежал через дорогу, на ходу засовывая руку в карман. Пальцы нащупали лишь пустоту. Проклятье! Ни визитной карточки, ни бумажника, ни телефона, ни документов! Я остановился, не доходя пяти шагов до тротуара. Сознание сопротивлялось очевидному, хотя подсознание уже точно знало – случилось. То, чего я так боялся. В чужом городе. Без денег, без документов, без языка. Отрезанный от дома. Память не к месту попыталась восстановить справедливость, сообщив, что билет на самолет остался в номере, во внутреннем кармане чемодана. Сознание верещало, что скорее всего я просто выронил бумажник с паспортом, перебегая дорогу, и настойчиво требуя осмотреться.

Я осмотрелся. Внимательно, сантиметр за сантиметром. Дорога. Дорога. Снова дорога. Вдруг – блик на полированной поверхности, где-то на самом краю зрения. Телефон? Не веря своему счастью, я бросился к находке. И только взяв в руки неожиданно увесистую для своей толщины пластинку, понял, что телефон не мой. Это была новинка, о которой я читал на хабре за пару дней до командировки. Сенсорный экран с распознаванием отпечатков пальцев. Телефон реагирует только на прикосновение определенного человека. Я думал, такие штуковины пока на стадии экспериментальных моделей. А тут – найти на улице, как какой-нибудь дешевый флай. Невероятно. В другое время я, может быть, и порадовался бы находке. Но сейчас… Лучше бы это был мой телефон! Там по крайне мере записан номер отеля. Что ж, больше не осталось аргументов отрицать очевидное. Я добрался до ближайшей скамейки, сел и попробовал подумать.

Увы, увы, увы. Мой страх основывался на полной беспомощности. В том числе интеллектуальной. Клуб изобретательных и находчивых – это не про меня. Прошло, кажется, минут пятнадцать, а я все еще сидел и отрешенно смотрел по сторонам, не в силах родить ни одной дельной мысли. Единственное, что раз за разом приходило в голову и отметалось за абсурдностью – обратиться в полицию с просьбой «пробить» меня в базе постояльцев всех отелей. Гонконг не то место, где можно рассчитывать на честность и добропорядочность владельцев отеля. Если, конечно, это не какой-нибудь шератон или холидей-инн. Мой, разумеется, был маленьким, несетевым и дешевым. И, конечно же, с непроизносимым названием, перевод которого я не удосужился узнать. Все, что я помнил про свой отель – три льва на ступеньках у входа. Но я видел здесь множество зданий со львами, так что примета была практически бесполезной… А план все не рождался – я просто сидел и смотрел по сторонам.

…Этого человека я заметил сразу. Сложно не заметить, когда в десяти метрах от тебя со свистом паркуется двигательное средство, безусловно, ведущее свой род от автомобилей, но уже ушедшее довольно далеко от своего предка в сторону самолетов. А выпрыгнувший человек идет по проезжей части, пристально глядя себе под ноги. И человек этот – в национальном костюме, выглядящем настолько старинным и, как модно сейчас говорить – «этническим», что кажется писком моды, который прозвучит в следующем сезоне.

Я поднялся со скамейки и направился к мужчине, молясь про себя, чтобы он понимал английский. Если кому-то могла принадлежать моя находка, то только ему.

– Наверно, вы ищете это? Я нашел на дороге, боялся, что раздавят. – Я протянул ему телефон.

– О, – сказал он, улыбаясь. – Спасибо. Я думал, мы с ним расстались навсегда.

Он бережно взял телефон из моих рук, дотронулся до экрана и тот вспыхнул нежным зеленоватым светом. Мужчина улыбнулся и спрятал телефон в карман рукава.

– Я твой должник, – сказал мужчина. – Я должен отблагодарить тебя, но не знаю как.

– Мне нужен совет, – внезапно для себя ответил я. – Меня обокрали.

Он выслушал мою короткую историю, поцокал языком и несколько минут молчал, по птичьи рассматривая меня то одним глазом, то другим.

– Угол Голливуд-роуд и Кэтстрит. Вот что тебе нужно. Пойдем, я отведу тебя. Это рядом.

Мы нырнули за угол ближайшего дома, прошли через двор, завернули за то, что я полагал сплошной бетонной стеной… и не успел я опомниться, как мы очутились на улице антикварных магазинов. Запах над ней стоял невообразимый – пахло сандалом, дымом и чем-то душным, пряным, острым. Причем с каждым нашим шагом аромат усиливался. Может, мы вообще шли исключительно по запаху? Подумать над этим вопросом у меня времени не было – мой новый знакомый, представившийся Кван Ю, вводил меня в курс дела.

– Ман и Мо – вот кто тебе помогут. Они боги, которые обладают властью. Ман – бог литературы, Мо – бог войны. Это очень сильный союз – союз силы и слова. Перед входом в храм мы купим курицу и бумагу. Ты напишешь на бумаге кровью курицы свою проблему и проклятья в адрес вора.

– А без курицы нельзя?

– Можно, но будет долго. Если торопишься, курица лучше. Боги такое послание прочитают первым.

– А без проклятий нельзя?

– Нет, боги не поймут. Если справедливость нарушена – нужно нарушить несправедливость. Кроме проклятий попросишь помощи. Только напиши точно, какой помощи хочешь. Паспорт и деньги. Или, может, ты хочешь сразу вернуться домой?

– Разве такое возможно?

– Это же боги. Они могут все. – И быстро добавил. – В пределах своей зоны ответственности.

По-английски это звучало особенно нелепо: «within their area of ​​responsibility». Да и весь совет, от начала до конца, был странным. Но что делать? Другого у меня нет и не предвидится.

– Это самый правильный способ, – неожиданно сказал Кван Ю, видимо поняв мои сомнения. – Им пользовались даже англичане, когда их законы не могли решить проблему.

– О, – только и мог сказать я. Едва ли англичане оказывались в таких бедственных ситуациях. – Значит, ваши боги понимают по-английски?

– Это же боги, – укоризненно сказал Кван. – Им все равно.
Храм был отнюдь не таким величественным, как мне представлялся – узенький домик, зажатый между двумя небоскребами. Если бы я оказался здесь сам по себе, любопытствующим туристом, даже не подумал бы зайти. Но Квай Ю решительно подтолкнул меня к белым воротам.


Сам Кван Ю замешкался на миг, отрывисто спросил о чем-то у старика с плетеной корзиной – и через минуту уже догонял меня, крепко зажав в руках небольшую черную курицу.

Внутри храм казался намного больше, чем снаружи. Может быть, из-за дыма благовоний терялись очертания стен, а может быть, одурманенное этим самым дымом сознание воспринимало реальность в искаженном виде.

Кван Ю провел меня в дальний конец храма, к алтарю. И пока я разглядывал их странных богов, облаченных в самые настоящие одежды, из шелка и атласа, похожие на одежду Кван Ю, к нам подошел жрец. Кван Ю передал ему курицу, получил в обмен желтоватый лист бумаги, палочку и чернильницу. Я вздохнул с облегчением – убивать курицу мне совсем не хотелось. Даже ради возвращения в отель. Наверное, я все же слишком цивилизован для подобных ритуалов.

На бумаге, сильно не мудрствуя, я написал: «хочу сегодня вечером вернуться в отель, получить обратно паспорт и бумажник». После недолгих колебаний добавил «и телефон». Потом вспомнил, что нужны еще проклятия и дописал: «А вора пусть покарает правосудие». Я передал записку жрецу и обернулся, чтобы спросить у к Кван Ю, что же дальше. Мой спутник исчез. Его нигде не было. Я растерялся. Как же так? Почему он ушел так стремительно и даже не попрощался? Мог хотя бы похлопать по плечу..

Я стоял у алтаря до тех пор, пока жрец не понял, что жрец поклонился именно мне, а вон та горящая бумага – и есть моя просьба богам Ман и Мо. Что ж, если они мне и помогут, то едва ли их помощь будет заключаться в том, что одна из статуй оживет, возьмет меня за руку и отведет в отель. Я двинулся к выходу.

Я довольно долго и бесцельно бродил вдоль ряда магазинчиков. Душный запах благовоний постепенно выветривался из головы, и место тревоги и растерянности заполняла уверенность, что все будет хорошо. Наконец, я толкнул дверь какого-то магазинчика и вошел внутрь. Стены заполняли старые плакаты. Афиши, объявления, открытки. Странно было видеть Элвиса в обрамлении иероглифов, но еще более странно – рокеров-азиатов, в кожаных куртках, с дикими разрисованными электрогитарами. Мне неожиданно стало очень смешно и чтобы скрыть смех, я уткнулся в альбом с открытками. Это были виды Гонконга, причем не парадные, а очень простые. Вот храм, в котором я был сегодня вечером. Вот и сама Голливуд роуд, где перемешаны небоскребы и лавочки старьевщиков. А вот и мой отель. Мой отель. Я узнал его: зеленая вывеска, белый фасад, синяя крыша, лестница из трех ступенек, на каждой из которых по льву: нижний стоит, второй сидит, а третий лежит, и морда у него как у уставшей собаки. Кем бы вы ни были, боги Ман и Мо – спасибо вам!

Я подошел к продавцу и ткнул в открытку.

– Простите, я живу в этом отеле и заблудился. Подскажите, пожалуйста, как туда попасть?
Продавец, худой парень с маленькой острой бородкой, внимательно посмотрел на открытку, потом на меня и неожиданно разулыбался.

– Я видел тебя с Кван Ю. – По-английски он говорил с чудовищным акцентом, но для меня было главное, что он все же говорил!

– Да. Я помог ему, он помог мне. – Я решил изъясняться как можно проще, чтобы не усложнять жизнь ни ему, ни себе.

– Кван Ю – большой человек. Он редко помогает. Значит, ты большой человек тоже. – Он вынул открытку из альбома. На обратной ее стороне оказался фрагмент карты. Отель был отмечен звездочкой. – Ты вот здесь. – Продавец поставил крестик красной ручкой, а потом пунктиром провел короткую ломанную линию до отеля. А потом протянул открытку мне. Я смутился.

– У меня нет денег. Совсем. – Для убедительности я вывернул карман.

Продавец замахал руками.

– Ты помог Кван Ю. Я помог тебе. Денег не надо.

– Спасибо!

Он помахал мне рукой, когда я закрывал за собой дверь.

Отель оказался в трех поворотах и десяти минутах ходьбы от магазинчика. Странно, что я не нашел его во время прогулки. С другой стороны, не менее странно, что я не попытался объяснить Кван Ю, что живу в отеле с тремя львами на лестнице. Но когда я входил в отель, больше всего меня почему-то занимало, как объяснить портье отсутствие ключа от номера. Но напрасно – дорогу к стойке преградил коренастый мужчина в форме. Откуда он возник, как? Не видел.

– Господин Седов?

Я кивнул. К разного рода неожиданностям я уже был морально готов.

– Полиция Гонконга. – Затем он добавил свое имя, но я его не запомнил. – Вы можете предъявить документы, подтверждающие вашу личность?

Я невесело рассмеялся.

– Как раз сегодня вечером у меня украли все документы, подтверждающие мою личность. Не считая билета на самолет, который едва ли вас устроит.

Неожиданно оказалось, что билет на самолет его очень даже устроит, потому что едва ли кто-то будет хранить у себя билеты постороннего человека. Мы поднялись в номер. Полицейский терпеливо ждал, пока я достану чемодан и извлеку билет. Внимательно изучив его, он открыл свой дипломат – и теперь уже мне пришлось терпеливо ждать, как он достает оттуда какие-то бланки, распечатки и, наконец, пакет из желтой бумаги. Полицейский открыл пакет и на стол последовательно легли мой паспорт, мой телефон и мой бумажник. Я не верил своим глазам. Паспорт полицейский отдал мне сразу. Потом спросил про содержимое бумажника, выслушал мои слова, сверяясь с бумагами, и тоже подтолкнул ко мне. С телефоном пришлось сложнее. Я не помнил ни кому звонил последнему, ни первую запись в телефонной книге. В конце концов я просто назвал номер – и полицейский сосредоточенно набрал его на гостиничном телефоне. На несколько долгих секунд в воздухе повисла тишина – я даже перестал дышать. А потом зазвучало вступление к «турецкому маршу», полицейский одобрительно кивнул головой, и телефон тоже вернулся ко мне. И в завершение представления мне пришлось подписать несколько бумаг. Кажется, это были протоколы и опознания. Я не очень силен в юридическом английском.

– Замечательно у вас работает полиция, – сказал я полицейскому, возвращая подписанные бумаги. – Вы так быстро поймали вора. И так быстро вернули вещи мне. Никакой бюрократии, никаких повесток и вызовов в участок. Очень приятно. Большое спасибо!

– Нам указали, где искать, – полицейский многозначительно посмотрел в угол с деревянной статуэткой Будды. – А господин Кван Ю дал понять, что вы очень торопитесь, и завтра мы можем вас не застать в Гонконге, – ответил полицейский. – Нам было бы затруднительно вызывать вас на опознание из России.

– Да, Кван Ю очень заботливый, – кивнул я. – Спасибо вам.

Закрыв за полицейским дверь, я осознал, что ничего не понимаю. Вообще. Продавец в антикварной лавке делал какие-то намеки, которые я воспринял как связь Квана Ю с местной мафией. По словам полицейского получалось, что Кван Ю уважаемый в полиции человек. Впрочем, одно другого не исключает. С третьей стороны, а ведь работает это их божественное правосудие! Еще как работает! Паспорт, бумажник и телефон вернулись ко мне, я снова в отеле и завтра утром улечу домой. И, более того! Я благополучно пережил самый большой кошмар своей жизни!

После такого вечера заснуть у меня не получалось. Не помог ни ужин в ресторанчике отеля, ни местное сладкое абрикосовое вино, от которого на меня всегда накатывала дрема, ни успокаивающая музыка в плейере. Через час тщетных попыток уснуть, я встал, вынул уже упакованный в чемодан ноутбук и вышел в скайп. Из тех, кто был в он-лайне, кажется, только с Игорем я мог нормально поговорить. Во-первых, с Игорем мы дружили с детства, общались часто и потому можно было обойтись без всяких предисловий типа «как дела-чем занимаешься». Во-вторых, Игорь работал дома, жены у него не было, значит, не было и опасности, что его попросят вынести мусор в разгар нашего разговора (ведь Москве было всего-то около девяти вечера). И, в-третьих, Игорь много знал.

– Ты веришь в бога? – спросил я у Игоря.

– В каком смысле?

– В самом прямом.

Игорь сначала улыбнулся, а потом посерьезнел.

– Я верю в информацию. Кто владеет информацией, тот владеет миром. Если у кого-то есть вся полностью информация по какому-то вопросу, тот бог. Ну как-то так.

– Понимаешь, со мной случилась странная история…. – Я рассказывал. Игорь не перебивал.

– Ничего странного. Ты послал запрос в ноосферу. Ноосфера прореагировала. Все нормально, так и должно быть.

– Ноосфера? Ты веришь во все эти дурацкие штуки типа плохой энергетики и испорченной ауры?

Игорь фыркнул. Но кажется, он с трудом сдерживал хохот.


– Ноосфера – это не то, что ты думаешь. Это не псевдонаучная спекуляция. Это организованное хранилище информации.

Представь все знания, не только рациональные, но даже иррациональные, эмоциональные и все остальные собраны в одном месте. И они, как бы это сказать, могут меняться. Самоорганизовываться в зависимости от наших запросов. Компоноваться в поток, который будет содержать то, что нужно именно тебе. И передаваться адресату. Я думаю, ноосфера еще много чего может делать, что нам неизвестно или непонятно.

– Похоже на огромный компьютер.

– Ни разу не похоже. Не путай компьютер и разум. Компьютер – это статичная информация. В крайнем случае, комп может делать с информацией то, что мы велели ему делать программой. Ну типа как обработать цифровое фото в фотошопе. Ты же не можешь загрузить туда фото, сказать «сделай мне красиво», уйти ужинать, а через час получить вместо пересвеченной черно-красной фигни с заваленным горизонтом точно такой же обалденный восход над океаном, какой ты видел.

– Не могу, - согласился я, – хотя было бы здорово.

– Ну вот. А ноосфера может. Она может самостоятельно оперировать информацией.

– Она что, разумна?

– В некотором смысле, – кивнул Игорь. – Я думаю, люди ее часть.

– Все люди?

Игорь пожал плечами.

– Не знаю. Некоторые точно. Или даже ты сам – ты же смог почувствовать ее сигнал и зайти в ту лавку, правда? А какой-то полицейский внезапно понял, где ловить твоего воришку… А боги, я думаю, – это такое персонифицированное проявление ноосферы. Ты, кстати, будет время – погугли про ноосферу, просветись. Узнаешь много интересного…

Я честно собрался последовать его совету, но открыв гугл, неожиданно для себя набрал «Кван Ю». «Ли Кван Ю – создатель сингапурского экономического чуда» – радостно сообщали мне тысячи, если не сотни сайтов. Я посмотрел на портрет. Нет, ничего общего, увы. Что ж, нет так нет. Большие люди часто имеют много имен и не торопятся светиться в сети. Я ткнул мышкой в десятую страницу – скорее для очистки совести, нежели с целью тщательного поиска, пробежался по найденным фразам... «Бог войны Мо также имеет реальный прототип – это солдат по имени Кван Ю (Кван Юн, Куан Юн, Куан Ю, Куанди, Гуань-Ён, Гуаньди…)»